Аман
Айтасов
Айтасов
Директор департамента
комплексных решений
комплексных решений
О корнях и семье
Я родился в Самарской области, в Большеглушицком районе. Мои родители – тоже родом из этих мест: папа – из Большеглушицкого района, мама –
из Кенельского.
По маминой линии бабушка родилась в Исаклинском районе нашей области,
а позже переехала в Оренбургскую область, где и познакомилась с дедушкой.
С папиной стороны бабушка – из Астрахани, а дедушка родился в Уральске – это северо‑западный Казахстан. Потом они переехали в Самарскую губернию,
где и обосновались.
У всех казахов есть родовое дерево, поэтому мы знаем, какому роду принадлежим. В основном об этом говорят старшие: молодежь постепенно отдаляется от традиций, Мой дедушка с маминой стороны, Каиржан, всегда интересуется у молодых, к какому роду те относятся. В целом родословные берут начало от имени какого‑то предка: был человек, у него появились дети,
от них пошли новые ветви. Я принадлежу к роду Кердера. У нас принято знать своих предков до седьмого колена – так мне говорил дедушка. Сам я по памяти помню только до третьего, но у меня есть родословное дерево, где можно посмотреть всю информацию.
Когда я, например, еду через куда-то Казахстан– меня часто спрашивают
к какому роду я отношусь. Я отвечаю: «Кердера». Мне говорят: «А, все понятно». И сразу могут сказать: «Вот у нас сосед – он тоже из этого рода. Значит,
вы родственники». Если человек узнает, что мы из одного рода, он обязательно позовет в гости. Получается, принадлежность к одной родословной воспринимается почти как родство – как будто вы брат или сестра. Сразу начинают звать в гости, знакомиться, поддерживать отношения. Интересная
и, наверное, полезная традиция.
Я родился в Самарской области, в Большеглушицком районе. Мои родители – тоже родом из этих мест: папа – из Большеглушицкого района, мама –
из Кенельского.
По маминой линии бабушка родилась в Исаклинском районе нашей области,
а позже переехала в Оренбургскую область, где и познакомилась с дедушкой.
С папиной стороны бабушка – из Астрахани, а дедушка родился в Уральске – это северо‑западный Казахстан. Потом они переехали в Самарскую губернию,
где и обосновались.
У всех казахов есть родовое дерево, поэтому мы знаем, какому роду принадлежим. В основном об этом говорят старшие: молодежь постепенно отдаляется от традиций, Мой дедушка с маминой стороны, Каиржан, всегда интересуется у молодых, к какому роду те относятся. В целом родословные берут начало от имени какого‑то предка: был человек, у него появились дети,
от них пошли новые ветви. Я принадлежу к роду Кердера. У нас принято знать своих предков до седьмого колена – так мне говорил дедушка. Сам я по памяти помню только до третьего, но у меня есть родословное дерево, где можно посмотреть всю информацию.
Когда я, например, еду через куда-то Казахстан– меня часто спрашивают
к какому роду я отношусь. Я отвечаю: «Кердера». Мне говорят: «А, все понятно». И сразу могут сказать: «Вот у нас сосед – он тоже из этого рода. Значит,
вы родственники». Если человек узнает, что мы из одного рода, он обязательно позовет в гости. Получается, принадлежность к одной родословной воспринимается почти как родство – как будто вы брат или сестра. Сразу начинают звать в гости, знакомиться, поддерживать отношения. Интересная
и, наверное, полезная традиция.
Празднование Наурыз (Навруз)
О традициях и обычаях
Больше всего на знакомство с традициями повлияли мама и ее сторона семьи. Она родилась в казахском ауле, где, кажется, никогда не жили представители других наций. Сейчас там, наверное, 100–150 дворов. Мама постоянно брала меня на все мероприятия, знакомила с традициями. Когда я получил права
и у меня появилась машина, я стал своего рода извозчиком и вынужден
был еще глубже погружаться в эти традиции, знакомиться с родственниками, участвовать в праздниках. Бабушка с дедушкой тоже участвовали в моем воспитании чтобы я знал основные обычаи и правила.
Из праздников особенно важны весенние. Первый – Навруз. Он известен многим, в том числе в России: его отмечают татары, башкиры, чуваши, казахи. Праздник приходится на день весеннего равноденствия – 21 марта в России,
в Казахстане его празднуют с 21 по 23 марта. Обычно устраивают скачки
на лошадях, проводят разные соревнования: борьбу, битву на подушках, состязание на ловкость – например, нужно залезть на столб и взять приз,
как на Масленицу. Еще готовят блюда на свежем воздухе. Обязательно подают бешбармак – национальное казахское блюдо, пекут баурсаки – так называемые пышки с воздухом.
Второй весенний праздник – Курсайт. Его можно перевести как «встреча после зимней разлуки». Раньше казахи были кочевым народом: зимой люди не могли встречаться из‑за сложностей с передвижением. А весной, когда снег сходил
и появлялась трава, они вновь собирались вместе, справлялись о здоровье друг друга. Главная идея Курсайта – молодые люди должны почтить старших: приехать к родственникам и знакомым, поздороваться с ними. В нашей семье
он еще соблюдается потому, что сам праздник отмечается 14 марта, а 15 был день рождения у бабушки. Мы всегда приезжали поздравлять ее,
и нам рассказывали, что вчера был Курсайт. Сейчас бабушки с нами уже нет,
но традицию мы продолжаем. Мой дедушка всегда ждет этого дня: он знает,
что к нему придут, пообщаются, поздороваются, спросят, как у него дела.
Не всегда получается собраться всем вместе – кто‑то занят, кто‑то на вахте, кто‑то работает, но мы стараемся. Если не приехать, можно получить выговор
от дедушки. Он считает, что это обязанность, и учит нас воспитывать детей так, чтобы они тоже знали: в этот праздник нужно обязательно приехать к старшим. Он помогает забыть обиды, начать отношения с чистого листа, как Прощеное воскресенье у православных. Дедушка говорит, что если прививать
эту традицию, то не будет ситуаций, когда люди не общаются по 10 лет.
Еще есть праздник после поста – Ураза-байрам. Люди постятся около 30 дней,
а потом начинают звать друг друга в гости, накрывать столы. Раньше,
как рассказывал мне дедушка, это делали в первую очередь для нуждающихся – приглашали людей из малообеспеченных семей. Также в это время можно отнести деньги, вещи или продукты в мечеть для нуждающихся,
с кем приключилась беда.
Моя жена – наполовину русская, наполовину татарка. Она отмечает
и православные, и мусульманские праздники. Мы ездим на Курсайт
к родственникам, едим национальные блюда. На Пасху дети с женой красят яйца, пекут куличи и разносят их друзьям, в том числе не православным.
Я отношусь к этому положительно: в жизни и так много негатива, а праздников
и традиций не так много. Мы празднуем и православные, и мусульманские праздники, находим точки соприкосновения, и никаких конфликтов у нас
не возникает.
Почти на все праздники у нас готовится национальное блюдо – бешбармак.
Оно состоит из теста, отваренного в мясном бульоне, мяса и картошки с луком. Все подается на общем блюде. Если кто‑то приезжает в гости, то его обязательно нужно встретить и угостить бешбармаком. Иногда люди даже обижаются, если его нет. А если это человек постарше, то еще и выговор сделает – имеет право.
Еще на столе должны быть баурсаки (пышки), сливочное масло, мед – к чаю. Если собирается много гостей, бешбармак варят на улице, в большом казане.
В детстве я был тем, кто отвечал за дрова, чтобы все горело равномерно.
И, соответственно, видел, как тесто варят, как мясо с картошкой. В итоге получилось так, что за это блюдо отвечаю у нас в семье я. А жена готовит плов – она родилась в Ташкенте, где это считается национальным блюдом. Когда к нам приходят друзья или родственники мы можем приготовить для них либо одно, либо другое.
Больше всего на знакомство с традициями повлияли мама и ее сторона семьи. Она родилась в казахском ауле, где, кажется, никогда не жили представители других наций. Сейчас там, наверное, 100–150 дворов. Мама постоянно брала меня на все мероприятия, знакомила с традициями. Когда я получил права
и у меня появилась машина, я стал своего рода извозчиком и вынужден
был еще глубже погружаться в эти традиции, знакомиться с родственниками, участвовать в праздниках. Бабушка с дедушкой тоже участвовали в моем воспитании чтобы я знал основные обычаи и правила.
Из праздников особенно важны весенние. Первый – Навруз. Он известен многим, в том числе в России: его отмечают татары, башкиры, чуваши, казахи. Праздник приходится на день весеннего равноденствия – 21 марта в России,
в Казахстане его празднуют с 21 по 23 марта. Обычно устраивают скачки
на лошадях, проводят разные соревнования: борьбу, битву на подушках, состязание на ловкость – например, нужно залезть на столб и взять приз,
как на Масленицу. Еще готовят блюда на свежем воздухе. Обязательно подают бешбармак – национальное казахское блюдо, пекут баурсаки – так называемые пышки с воздухом.
Второй весенний праздник – Курсайт. Его можно перевести как «встреча после зимней разлуки». Раньше казахи были кочевым народом: зимой люди не могли встречаться из‑за сложностей с передвижением. А весной, когда снег сходил
и появлялась трава, они вновь собирались вместе, справлялись о здоровье друг друга. Главная идея Курсайта – молодые люди должны почтить старших: приехать к родственникам и знакомым, поздороваться с ними. В нашей семье
он еще соблюдается потому, что сам праздник отмечается 14 марта, а 15 был день рождения у бабушки. Мы всегда приезжали поздравлять ее,
и нам рассказывали, что вчера был Курсайт. Сейчас бабушки с нами уже нет,
но традицию мы продолжаем. Мой дедушка всегда ждет этого дня: он знает,
что к нему придут, пообщаются, поздороваются, спросят, как у него дела.
Не всегда получается собраться всем вместе – кто‑то занят, кто‑то на вахте, кто‑то работает, но мы стараемся. Если не приехать, можно получить выговор
от дедушки. Он считает, что это обязанность, и учит нас воспитывать детей так, чтобы они тоже знали: в этот праздник нужно обязательно приехать к старшим. Он помогает забыть обиды, начать отношения с чистого листа, как Прощеное воскресенье у православных. Дедушка говорит, что если прививать
эту традицию, то не будет ситуаций, когда люди не общаются по 10 лет.
Еще есть праздник после поста – Ураза-байрам. Люди постятся около 30 дней,
а потом начинают звать друг друга в гости, накрывать столы. Раньше,
как рассказывал мне дедушка, это делали в первую очередь для нуждающихся – приглашали людей из малообеспеченных семей. Также в это время можно отнести деньги, вещи или продукты в мечеть для нуждающихся,
с кем приключилась беда.
Моя жена – наполовину русская, наполовину татарка. Она отмечает
и православные, и мусульманские праздники. Мы ездим на Курсайт
к родственникам, едим национальные блюда. На Пасху дети с женой красят яйца, пекут куличи и разносят их друзьям, в том числе не православным.
Я отношусь к этому положительно: в жизни и так много негатива, а праздников
и традиций не так много. Мы празднуем и православные, и мусульманские праздники, находим точки соприкосновения, и никаких конфликтов у нас
не возникает.
Почти на все праздники у нас готовится национальное блюдо – бешбармак.
Оно состоит из теста, отваренного в мясном бульоне, мяса и картошки с луком. Все подается на общем блюде. Если кто‑то приезжает в гости, то его обязательно нужно встретить и угостить бешбармаком. Иногда люди даже обижаются, если его нет. А если это человек постарше, то еще и выговор сделает – имеет право.
Еще на столе должны быть баурсаки (пышки), сливочное масло, мед – к чаю. Если собирается много гостей, бешбармак варят на улице, в большом казане.
В детстве я был тем, кто отвечал за дрова, чтобы все горело равномерно.
И, соответственно, видел, как тесто варят, как мясо с картошкой. В итоге получилось так, что за это блюдо отвечаю у нас в семье я. А жена готовит плов – она родилась в Ташкенте, где это считается национальным блюдом. Когда к нам приходят друзья или родственники мы можем приготовить для них либо одно, либо другое.
Бешбармак
О национальности и самоидентификации
Когда меня спрашивают о национальной принадлежности, я отвечаю так: среди русских я русский, среди казахов – казах. Я считаю, что не должно быть национализма и нужно уважительно относиться и к себе и окружающим тебя людям.
На работу в коллективе национальность, на мой взгляд, не влияет. Все зависит от среды и людей вокруг. Если человек добрый, справедливый, с совестью –
это не имеет значения. Я не сталкивался с ситуациями, когда кого‑то не взяли
на должность из‑за национальности. Если человек проявил себя, показал увлеченность и честность, он получит то, что заслуживает.
Я считаю, что традиции важно передавать следующим поколениям.
Это помогает понимать свою принадлежность, знать, откуда ты родом, какие
у тебя корни. Я казах. Моя жена наполовину русская, наполовину татарка.
Мы отмечаем все праздники и соблюдаем все традиции. Из-за того,
что у нас собрался такой интернационал, праздников и положительных моментов стало даже больше. Я вижу в этом только плюсы: если бы все были одной национальности, одного роста, одного цвета – не было бы никакого контраста, и жить было бы намного скучнее. Сейчас мы стараемся смотреть
на других, перенимать традиции народов и какие-то положительные качества, пробуем примерять их на себя и передавать детям. То есть происходит определенное развитие, а если бы все были одинаковы, наверное, никакого развития бы и не было.
О сохранении культурного наследия
Что касается языка, я его не знаю. Я вырос в поселке, где был единственным казахом среди русских. Дедушка и бабушка пытались учить меня казахскому, когда я в детстве оставался у них. Я даже понимал, о чем они говорят,
но язык нужно постоянно поддерживать, а я 11 месяцев в году говорил по‑русски. Сейчас, если я провожу день‑два среди казахов, начинаю переводить их речь – видимо, что‑то осталось с тех времен на подкорке.
Мои дети совсем не знают казахского языка. Я не учу их языку, но стараюсь привить основные традиции – например, здороваться со знакомыми людьми. Почему именно знакомыми людьми – меня учили в детстве здороваться
со всеми. Когда в пять лет привезли в город, я шел и всех приветствовал.
В итоге, мне сказали: «Ну, все, можешь не здороваться со всеми, а только с теми, кого знаешь». Также учу уважать старших, врачей, учителей.
Сейчас подрастающее поколение как будто размывает эти правила, но своим детям я их прививаю.
Когда меня спрашивают о национальной принадлежности, я отвечаю так: среди русских я русский, среди казахов – казах. Я считаю, что не должно быть национализма и нужно уважительно относиться и к себе и окружающим тебя людям.
На работу в коллективе национальность, на мой взгляд, не влияет. Все зависит от среды и людей вокруг. Если человек добрый, справедливый, с совестью –
это не имеет значения. Я не сталкивался с ситуациями, когда кого‑то не взяли
на должность из‑за национальности. Если человек проявил себя, показал увлеченность и честность, он получит то, что заслуживает.
Я считаю, что традиции важно передавать следующим поколениям.
Это помогает понимать свою принадлежность, знать, откуда ты родом, какие
у тебя корни. Я казах. Моя жена наполовину русская, наполовину татарка.
Мы отмечаем все праздники и соблюдаем все традиции. Из-за того,
что у нас собрался такой интернационал, праздников и положительных моментов стало даже больше. Я вижу в этом только плюсы: если бы все были одной национальности, одного роста, одного цвета – не было бы никакого контраста, и жить было бы намного скучнее. Сейчас мы стараемся смотреть
на других, перенимать традиции народов и какие-то положительные качества, пробуем примерять их на себя и передавать детям. То есть происходит определенное развитие, а если бы все были одинаковы, наверное, никакого развития бы и не было.
О сохранении культурного наследия
Что касается языка, я его не знаю. Я вырос в поселке, где был единственным казахом среди русских. Дедушка и бабушка пытались учить меня казахскому, когда я в детстве оставался у них. Я даже понимал, о чем они говорят,
но язык нужно постоянно поддерживать, а я 11 месяцев в году говорил по‑русски. Сейчас, если я провожу день‑два среди казахов, начинаю переводить их речь – видимо, что‑то осталось с тех времен на подкорке.
Мои дети совсем не знают казахского языка. Я не учу их языку, но стараюсь привить основные традиции – например, здороваться со знакомыми людьми. Почему именно знакомыми людьми – меня учили в детстве здороваться
со всеми. Когда в пять лет привезли в город, я шел и всех приветствовал.
В итоге, мне сказали: «Ну, все, можешь не здороваться со всеми, а только с теми, кого знаешь». Также учу уважать старших, врачей, учителей.
Сейчас подрастающее поколение как будто размывает эти правила, но своим детям я их прививаю.
